Никто не предполагал, что Православные церкви вновь будут участвовать в политике и что эпицентром этого феномена станет путинская Россия с ее царизмом и чертами советского строя. После краха коммунизма всё, что осталось у Востока, – это докоммунистическая история. И представляет эту докоммунистическую историю, как в России, так и на Балканах, Православная церковь. И это соответствует природе Православной церкви, которая не случайно является ведущей в различных государствах, где в отличие от Католической церкви она придерживается принципа симфонии между Церковью и государством. Именно светская власть должна обеспечивать доступ гражданам к христианским откровениям. Православные церкви не акцентируют внимание на различии целей, преследуемых Церковью и государством, они видят в сути возможного конфликта содержание христианского послания. И это сделало возможным их выживание, в том числе и под контролем КГБ, и сохранение их своеобразия в условиях гонений. Коммунизм навязал им отношения с протестантским экуменическим движением и со Всемирным советом церквей как средство влияния партии в этом международном церковном пространстве через сговорчивую Православную церковь. Подобное происходило и с Католической церковью в Польше, но в этой стране Церковь столкнулась с большой проблемой, когда все факты всплыли наружу (имеются в виду факты сотрудничества представителей местного католического духовенства с польской службой безопасности. – Прим. ред.). Но это не стало проблемой для Православной церкви, для которой власть всегда играла сакральную роль, хотя и не всегда была христианской. Все это было связано с содержанием Нового Завета, и это очень устраивало православное духовенство. В соответствии с их культурной историей, Православные церкви прославляли Триединого Бога, которого они представляли как тайну, не постижимую человеческим разумом и не поддающуюся объяснению теологией. Западная церковь, напротив, благосклонно относится к идее о доступности постижения тайн для человеческого разума. Это позволило Православной церкви избежать влияния современности и не принимать протестантские толкования и теологию, а также современную философию. После краха коммунизма Православные церкви отказались от экуменизма, который не являлся частью их концепции, идентичной католической концепции о единой святой католической и апостольской Церкви. Православная мысль, быть может, и не окажет влияния на католический мир, перенявший многие культурные элементы протестантского мира. Вполне понятно, почему Православные церкви внимательно смотрят на Бенедикта XVI, который восстанавливает католическую традицию в послесоборной церкви (имеется в виду II Ватиканский собор. – Прим. ред.). Но позиция православия может оказать влияние на религиозные чувства католиков, так и не решившихся принять протестантское влияние и теологический рационализм как культурную форму. Православие сохранило религиозное прочтение христианских источников, как то, что представил Бенедикт XVI в книге «Иисус из Назарета». Отношения между Россией и Сербией основываются на православии, и следствием этого является негативное отношение православных государств к признанию независимости Косово. Из этого складывается политическое православное отношение к традиционным темам, которые, возникнув в докоммунистическую эпоху, не утратили актуальности при советской империи. С ростом эмиграции на Запад, особенно румынской, но также и украинской, молдавской и русской, православие оказалось внутри западной культуры, и этим пока никто не озаботился. Вполне возможно, что со временем особенности православия будут оценены именно католиками, у которых развито чувство традиции и которые найдут в православной духовности язык, который позволит соединить веру с таинством, и тогда отпадет необходимость доказывать превосходство веры над современностью.
Инопресса
|
