Даже несмотря на то, что уровень доверия к власти в Украине — критически низкий, интерес украинцев к политике не снижается с 2004 года. По данным Института социологии НАН Украины, ныне 20% жителей страны очень интересуются политикой, при этом такой интерес — высший в Европе. Очевидно, что если человек чем-то интересуется, значит, он хочет получить от этого какую-то выгоду, во всяком случае — ответы на больные вопросы: какой будет инфляция в будущем году, когда повысят пенсии или с очень далекой перспективой — когда мы будем жить хорошо… Большинство этих вопросов остаются открытыми, и люди уже махнули бы рукой на политику, но из политики сделали шоу — теперь она на всех каналах и почти все ток-шоу — политические. Один из наших авторов, Игорь Каганец, в статье «Политические монстры питаются эмоциями электората» сравнил наши реалии — сколько времени и энергии отнимает у украинцев заинтересованность политикой — с сюжетом из мультфильма "Симпсоны": там герои уличной рекламы (клоуны, политики, „звезды“) вдруг ожили и начали крушить все вокруг. Рекламисты объяснили, что люди сами наделили их своей энергией и чтобы они погибли, посоветовали не обращать на них внимания и заняться интересной работой …

По большому счету, другого выхода у нас нет — или по несколько раз в день слушать тиражируемый вздор и ложь политиков, или заняться творческой работой, которая будет полезна людям. Почему в Украине людям так трудно переключиться с политики на что-то более продуктивное, почему для многих людей политика стала частью жизни и как можно изменить ситуацию „Дню“ рассказывает кандидат психологических наук, докторант, старший научный сотрудник Института социальной и политической психологии АПН Украины Елена Лищинская.

 — Елена Альбертовна, ныне многие люди жалуются на осеннюю депрессию, которую якобы усиливает политическая нестабильность. Является ли уж такой тесной связь между настроением людей и тем, что они видят по телевидению и слышат по радио?

 — Это — векторы разнонаправленные. Потому что, с одной стороны — осень, были затяжные дожди, мы ожидаем холодов, день становится более коротким и, вообще, наступил как будто более тяжелый период. Его надо пережить и мы запасаемся теплой одеждой, витаминами. Т.е. человеку следует настроиться на то, чтобы более комфортно пережить это время. А если в политике проблемы и мы слышим страшилки о ценах на газ, повышении тарифов на коммунальные услуги, тарифов на проезд в общественном транспорте, то это, конечно, влияет плохо, угнетает людей. Люди устали от того, что нет надежды… Наряду с этим есть проблема в обществе — она рациональна и иррациональна — наша заполитизированность. Почему? Потому что, с одной стороны, политика — это только часть человеческой жизни. Наша жизнь — это наша культура, наше психо-социальное и этно-культурное пространство. Оно состоит из различных прослоек, среди которых политика — только одна из них. У нас уже так продолжается долгие годы, что профессиональная жизнь, общественная, разнообразные интересы, ценности, творческая жизнь — их очень много — все эти аспекты как-то теряют свою актуальность, потому что везде — политика. А, возможно, у нас не так много профессиональной журналистики: по большому счету, газета „День“, „Зеркало недели“ и все… Телевидение же принадлежат магнатам, которые также заинтересованы в освещении политических событий — как помощи в политических войнах. Ныне нам очень недостает общественного телевидения, общественного радио, и если мы хотим, чтобы было лучше, людям надо вкладывать в это силы, деньги, ресурсы и тогда, возможно, мы будем видеть на экранах то, что будет отражать жизнь людей и их интересы, кроме политики. Но ныне у нас такая проблема, ментальный вирус — „нет денег“. О чем бы не говорили — нет денег. И, если разобраться, то в основной массе мы уже не голодные, уже есть какие-то возможности упорядочивать нашу жизнь. Но пока что нет достаточно готовых людей принимать в этом участие. Поэтому так получается, что мы критикуем нашу жизнь, но параллельно страдаем от того, что ее не меняем там, где могли бы.

Если говорить о политике, то ей люди интересуются потому, что у нас очень нарушены традиции — у нас все зависит от политики, все решается на политическом уровне: у нас так сложилось, что не срабатывают другие критерии, кроме политических и экономических. А есть другие. Я приведу пример Великобритании. Если там определенный человек ведет себя непристойно, то люди реагируют; если нарушаются права в экономической сфере — люди протестуют (срабатывает традиция реакции профсоюзов), или если, например, известную модель увидеть в состоянии наркотического опьянения, с ней прекращают контракты агентства. У нас же других реакций, кроме политических, фактически нет. Можно сказать, что мы сузили весь спектр разнообразия жизни к политическому. Но это произошло не теперь. Это  — советская наследственность, потому что тогда мы были заложниками политического и идеологического доминирования…

Если же мы взглянем на Европу, то нам кажется, что они такие свободные, что могут делать все, что захотят и им очень просто жить. А у них просто есть базовые вещи, которые не меняются и которые выступают стабилизатором в обществе, в культуре (это можно сравнить с игрушками-неваляшками). Вся культура  — цельная и функциональная, потому что она имеет ресурсы — ценности. Это определенные убеждения, и в этом плане общество консолидированное. Это не просто так, что кто-то сказал и люди выполняют. Нет, в таком случае люди разделяют мысли, ценности и убеждения в обществе все вместе. У людей между собой договоренность, что является добром, а что злом, что безопасно, что опасно и так далее. Т.е. в Европе это как-то сохранилось. Смотря на Украину, создается впечатление, что мы все потеряли. В наших нестабильных, иногда экстремальных условиях эта базовая культурная основа не сохранилась и мы, заполитизированные, находясь в подвешенном положении, как будто все потеряли, как будто у нас этой базовой части уже нет. В конечном счете и политика у нас также не идеологическая. Она является персональной, харизматичной, поэтому мы ныне являемся зависимыми от каких-либо реакций конкретных политиков.

 — Как можно создать эту культурную основу, базу для формирования нормального гражданского общества и кто, по вашему мнению, должен это делать?

 — Мое мнение такое, что в нашем обществе, разрозненно, оно все существует. Моя модель больше связана с прорастанием: с деревом или полем. И вот на этом поле растет все — и сорняки, которые не дают полезным культурам места и солнца, и нужные растения, которые, несмотря ни на что, продолжают жить. Я веду это к тому, что в Украине многие люди заняли не свои места и не справляются с работой, которую хорошо сделали бы другие люди. Но рано или поздно все равно они окажутся в роли голого короля… А что и кому делать? Я была на фотовыставке „Дня“ — и это пример того, что надо делать в обществе. Стимулировать здоровые ростки. Если взять, к примеру, американскую разнообразную культуру, то у них есть интересная практика: законопослушных людей они стимулируют — дают за это им какие-то бонусы. По большому счету — это стимулирование здоровых сил общества, различных умных и творческих проявлений. Это — хороший выход из ситуации. Правда, этот не вопрос одного дня, потому что за один день можно сделать финансовую пирамиду, например, или экстремистскую организацию. Если же наша культура разрушалась столько десятилетий, конечно, быстро это не будет.

Лига