Верховный суд Пакистана решил снять домашний арест с «отца» пакистанской атомной бомбы Абдула Кадир Хана. Теперь ученый сможет вернуться к научной деятельности и с разрешения властей передвигаться по стране для того, чтобы посещать родственников в других городах Пакистана. Ему запрещено давать интервью, чтобы не ставить под угрозу национальную безопасность страны. Кроме того, ему нельзя звонить по телефону за границу, также у него ограничен доступ в Интернет, передает «Интерфакс».

Первая ядерная бомба была испытана Пакистаном в 1998 году. Вашингтон был разгневан, последовали международные санкции. Но Хан не остановился. Одержимый ученый руководил  ядерной программой с 1976 года, возглавив при этом Исследовательские лаборатории Кахуты (KRL). Ядерное оружие было создано на урановых зарядах, при этом ученый использовал радиоактивный изотоп  — уран-235. При его расщеплении на атомы выделяется огромное количество энергии. Получить изотоп можно путем обогащения урановой руды с использованием специальных центрифуг.

В природном уране концентрация изотопа-235 ничтожна. А из изотопа с атомным весом 238 бомбы не сделаешь. В большинстве атомных реакторов используется низкообогащенный уран с долей урана-235 ниже 5%. Впрочем, низкообогащенный уран может использоваться для создания так называемой «грязной бомбы». Для создания настоящей ядерной бомбы может потребоваться около 40 кг обогащенного урана.

В 1970-е года чертежи центрифуг оказались в руках пакистанских ученых благодаря Абдул Кадир Хану. В то время он работал в консорциуме Urenco, который был лидером по обогащению урана.  Помимо чертежей Хан украл список поставщиков компании. Эти данные позволили Пакистану в 1998 году провести первое испытание. По мнению следствия, Абдул Кадир Хан начал свою нелегальную деятельность в 1986-87 годах. И вот в Таранто, одной загадочной ночью, 4 октября 2003 года фортуна отвернулась от Хана. В апулийском порту был задержан сухогруз Bbc China: на борту находилось пять контейнеров со специальным оборудованием. Это были компоненты для центрифуг, использующихся для обогащения урана, груз направлялся в Триполи. С этой операции все еще не снят гриф секретности. Известно, что она проводилась во взаимодействии с ЦРУ, британской MI-6 и итальянской военной разведкой Sismi, которую возглавлял Николо Поллари. С этого момента позиция ученого была сочтена недопустимой пакистанским правительством, которое на фоне конфликта в Афганистане возобновило отношения с Белым домом. В конце 2003 года пакистанские власти приступили к арестам бывших коллег и друзей Хана. Сам ученый был заживо погребен в собственном доме, а в феврале 2004 года в эфире пакистанского телевидения он признался в передаче без соответствующих разрешений пакистанских ядерных секретов Ирану, Ливии и КНДР. Хан утверждает, что знаменитая речь-признание была составлена для него Strategic Plans Division – структурой, которая контролирует выполнение ядерной программы и докладывает непосредственно главе государства. Речь в обмен на свободу. Странно эта ситуация выглядела на фоне возникавших периодически сведений о том, что ядерные технологии Пакистан предоставлял Пхеньяну добровольно в обмен на помощь в разработке и производстве баллистических ракет, пишет inopressa.ru

«Когда Иран и Ливия захотели начать программы по обогащению урана, они обратились к нам, пакистанцам. Мы им посоветовали обратиться к тем же поставщикам, тем же специалистам и тем же посредникам, услугами которых мы пользовались при реализации нашего ядерного плана. Мы им передали базовую информацию и некоторое оборудование. Но все это делали, лишь следуя указаниям высшего пакистанского руководства. Я не совершил ничего, в чем должен раскаиваться», — заявлял ученый накануне в интервью  L'espresso.

Абдул Кадир Хан – самый неоднозначный инженер-ядерщик в истории. По словам бывшего директора ЦРУ Джорджа Тенета, „он так же опасен, как бен Ладен“. Но для пакистанцев он национальный герой. Незадолго до освобождения ученый произнес: „Меня не волнует то, что обо мне думает Запад. Я  пакистанец с железным патриотизмом, и я горжусь тем, что помог моей стране обрести ядерную мощь, которая гарантирует ей суверенитет, существование и мир“. Творческое безумие и любовь к атомной бомбе сместили на второй план хаос политических интриг, а истиный или мнимый патриотизм и фанатизм ученого помог Пакистану стать атомной державой. Белому дому остается только сетовать, ведь Абдул Хан на свободе.

Newsinfo