Украинский президент Виктор Ющенко, герой прозападной «оранжевой революции» 2004 года, хочет привести свою страну в НАТО. У членов альянса единого мнения на этот счет не имеется. Конфронтации с Россией хотела бы избежать в первую очередь Германия. Интервью корреспондента «Süddeutsche Zeitung» Томаса Урбана.

 — Ожидается визит генерального секретаря НАТО Яапа де Хооп Схеффера в Киев. Вы хотите убедить его, что Украина должна стать членом альянса. Однако в Москве от этого шага предостерегает президент Дмитрий Медведев.

 — Этот вопрос мы рассматриваем исключительно с точки зрения суверенитета и территориальной целостности нашего государства. Мы сами решаем, как нам обеспечивать свою безопасность. Это наше право, и это право для нас как для государства подобно кислороду. НАТО соответствует нашим представлениям о безопасности. Только альянсу и Украине решать, насколько мы друг другу подходим.

 — Во вступлении Киева в НАТО Кремль видит нарушение российско-украинского договора о дружбе.

 — С этой точкой зрения мы не согласны. Наше членство в НАТО никоим образом не угрожает России. Наша конституция запрещает размещать на территории страны чужие войска. В соотношении сил в правительстве ничто не изменилось бы, но мы почувствовали бы себя в большей безопасности.

 — Однако государства НАТО могли бы на время воспользоваться украинскими военными объектами.

 — Этого конституция тоже не разрешает. Кроме того, она запрещает размещение ядерного оружия. Я хотел бы указать на то, что полтора десятка лет назад мы вывезли в Россию последние ядерные боеголовки, оставшиеся у нас с советских времен. Украина приняла это решение добровольно – и, думается, тем самым сделала беспрецедентный колоссальный вклад в повышение глобальной безопасности, который мир должен был бы оценить. Но это еще не все: мы обязались больше никогда не размещать на нашей территории ядерное оружие.

 — Москве этого недостаточно.

 — Именно поэтому мы готовы дать России все возможные гарантии в том, что территория Украины никогда не будет использоваться под объекты или с целями, направленными против России.

 — На данный момент большинство ваших соотечественников отвергает вступление Украины в НАТО.

 — Здесь я хотел бы напомнить о том, какими были опросы граждан ГДР незадолго до воссоединения, когда этой территории предстояло стать частью территории НАТО. Или в Польше, Чехии, Словакии и Болгарии за несколько лет до вступления этих стран в НАТО. Во всех этих странах большинство поначалу было против, однако позже народ дал свое согласие.

 — Но уместно ли это сравнение, когда речь идет об Украине с ее пророссийски настроенными Востоком и Югом?

 — Я полагаю, мы пойдем по аналогичному пути. Цифры ясно говорят: три года назад, когда вопрос о нашем членстве в НАТО стал впервые широко обсуждаться, опросы показывали, что этот шаг поддерживает только 17% украинцев, а вдвое больше – против. Однако с тех пор как СМИ стали давать больше информации, мы начали отмечать обратную тенденцию. Сейчас вступление НАТО поддерживает 36% населения, и только 27% против. Я хочу подчеркнуть: по этому вопросу в нашем обществе идут настоящие демократические дебаты.

 — Смогут ли граждане одобрить вступление страны в НАТО напрямую?

 — Пока что нас в НАТО еще не пригласили. На данный момент мы стремимся приступить к подготовительной программе, согласованной с НАТО. При этом очевидно: если нам будет предложено членство, население должно будет одобрить этот шаг демократическим образом. Будет проведен референдум. Впрочем, впервые я пообещал это уже два года назад во время моего визита в Москву.

 — От кандидатов на вступление НАТО требует стабильных политических условий. Об этом ввиду нынешнего правительственного кризиса в Киеве нет и речи.

 — Главное в том, как мы решали проблемы в течение трех последних лет, а решали мы их демократическим путем. У нас никто не стрелял и не выводил на передовые позиции танки. У нас формируется культура политического диалога.

 — Что Украина может принести в НАТО?

 — Для начала я убежден, что консолидация европейских стран – в интересах всех и каждого. Это условие политического усиления Европы. Поэтому было бы не только совершенно нелогично, но и неправильно отсекать страну с 47 млн жителей от европейских институтов. Я вижу, что в нескольких странах ЕС растет понимание того, что приобщение Украины – в наших общих интересах.

 — Но тогда изолированной почувствует себя Россия.

 — Россия не разделяет эту политику, она не стремится к членству ни в НАТО, ни в ЕС. Тем не менее, мы не проводим антироссийскую политику. Мы хотим усилить Европу. Если мы интегрируемся в коллективную систему безопасности, не направленную против кого бы то ни было, всеобщая безопасность повысится. В энергетическую политику, а конкретнее – в обеспечение надежности снабжения, Украина тоже может сделать большой вклад.

 — С Россией опять возникла напряженность, на этот раз вокруг Черноморского флота. Киев дал понять, что он не хочет продлевать договор с Россией об аренде военно-морской базы в Севастополе, истекающий в 2017 году.

 — К сожалению, Россия постоянно игнорирует важные пункты этого договора. Это касается использования земельных участков, радиочастот, требований к прозрачности. Впрочем, в нашей конституции ясно написано, что она запрещает размещение на нашей территории чужих войск. Это касается не только НАТО, но и России.

 — Сейчас европейцев занимает в первую очередь футбол. Следующий чемпионат Европы, в 2012 году, должны провести совместно Украина и Польша. Однако повсеместно попадаются скептические статьи о состоянии подготовительных работ.

 — Нет, серьезных проблем не существует. В целом мы не отстаем от графика. Все проекты утверждены, и работы по ним начаты. Еще в этом году в Украине будут готовы два стадиона. Еще два будут готовы в следующем году, а в Киеве – в 2010. Инфраструктура тоже будет приведена в соответствующее состояние. Все политики, но также и весь украинский народ хотят через четыре года видеть у себя гостей со всей Европы. Европа может быть уверена, что у нас все получится!

Перевод InoPressa.

Власти.нет